zayz: (Э?)
В Фейсбуке у меня есть рубрика «Опять хочется в Париж», куда я выкладываю фотографии из разных прекрасных мест (иногда даже из Парижа). Сегодня в этой рубрике была Уппсала.



Не совсем понимаю, почему рунические камни завораживают меня сильнее, чем другие древности, которые я нежнейше люблю. Дремучей такой силой завораживают (нет, я не испытываю ни малейшей склонности к эзотерике и пр., мурашки вызывает чисто шершавое время со всей его нагрузкой). Камни ставили в память об умерших родственниках, часто – похороненных далеко от родных мест. В основном в надписях говорится о мужчинах, но есть и женские. С приходом христианства появляются соответствующие формулировки и мотивы, но принцип остаётся: называют имена, рассказывают о замечательных качествах и славных делах умершего. Тем милее один из камней возле уппсальского кафедрального собора. Некий человек воздвиг его в свою собственную честь, понятное дело, при жизни. В остальном всё по канону: на камне написано, насколько достоин сей муж и как благородны его деяния. Прелесть.
zayz: (Э?)
Салют вчера я не видела, зато видела вот такое. Это будет открытка к празднику.

zayz: (zayz)
Подстриглась так, что с одной стороны я мальчик, а с другой – тёлочка. Могу теперь подвергать сама себя сексистским насмешкам на законном основании.

Я 2
zayz: (Uta)
Как сохранить профессиональную укладку до завтра и наутро не выглядеть как обычно, читайте в моей новой книге «НИКАК, СПИ!»

10403091_10205106687971817_6157579229058949658_n
zayz: (Uta)
Прикупила самайнского золотишка.

1779703_10204885991654547_4484812554804075809_n
zayz: (Э?)
Филиал Инстаграма на руинах блогерства представляет рубрику «Здесь могли бы быть ваши лайки, если бы здесь вообще кто-нибудь ещё был». Сегодня в выпуске «Лето в Париже».



Too Paris. )
zayz: (Э?)
Сегодня приснился кошмарный кошмар: будто моя работа переезжает. Что характерно – в лице меня, все остальные остаются, где были. Я сильно печалюсь, что мне без них будет скучно и уныло, потом иду куда-то босиком и без телефона – ну, дальше, в общем, нормальная такая лабуда, которая снится в жару.
Проснулась, пришла на работу. Возрадовалась. Внезапно мы оказались одеты в стиле британских колонизаторов. Пришлось немедленно колонизировать нарядившуюся в шальвары соработницу. Так выбор одежды стал причиной распределения геополитических ролей.
Директор в роли сагиба, Шлёма – имперская фиалка, я – викторианская эмансипе. Мы восхитительны.

zayz: (Uta)
Как принято говорить в разных там соцсетях из — относительно этого нашего ЖЖ — будущего, oh, hi!

zayz: (Le page)
Вообще-то мы ездили играть в «Что?Где?Когда?», но поучаствовали и в Пражском марафоне: перебежали улицу вопреки заграждениям, чтобы добраться до музея.
Вот же! – говорю, глядя на тяжело дышащих бегунов. – Сколько людей занимается утомительными, бессмысленными, сжирающими кучу времени вещами.
Да! – отвечает Женя многозначительно. – Специально ездят в другие города и даже страны, чтобы принять участие в международных мероприятиях.

zayz: (What?)
Сходила на выставку стеклянных богатств, нагребла там всякого и сфотографировала мастеров этого дела.

Вот так это делают сейчас. Hot-hot!



А вот так это делали древние русские люди. Чтобы получились весёлые бусики, приходилось как следует дунуть. Меха остались за кадром.

zayz: (Маппет)
Выходили из студии, где делали motion capture. Студия находится на территории такого режимного предприятия эпохи расцвета застоя, в недрах которого таится многое и прекрасное, включая голубые ели и доску почёта. Обсуждали прыжки и жесты, а вот сейчас рукой мы так поведём, а головой кивнём, а мимику и зрачки потом допилим, будет очень натуралистично. На выходе проверка пропусков, турникет – режим же, помним – и большой монитор в вестибюле, с которого как раз ботокс начал вещание. И сразу как-то убеждаешься (не то чтобы это была новость): сидит проекция резиновая, а в студии за ним аниматоры: «Вот сейчас рукой мы так поведём, а головой кивнём, а мимику и зрачки потом допилим, будет очень натуралистично».

zayz: (Uta)
На Знаменке народу сначала было совсем мало – настолько, что выглядело так, будто это менты у заборчика министерства обороны митингуют против войны, а с другой стороны улицы за ними наблюдают удивлённые прохожие. Потом народ подтянулся, его перестали пускать на полпути от метро. Вязали слабенько и даже как-то нежненько, но регулярно – первым повели чувака с пацификом на спине. Заботливо предупреждали в матюгальники, что на улице холодно, и мы можем замёрзнуть. Мимо проезжали нарядные автобусы City Tour.
Сказала каких-то слов людям, представившимся как немецкое телевидение. Подумала, что неплохо было бы ответить по-немецки, но на тот момент из всего, шо нажито за 10 с лишним лет изучения, я могла вспомнить только “Ich weiß nicht, was soll es bedeuten, dass ich so traurig bin” и “Hitler kaputt”. Этого бы хватило, но предпочла русский.
На Манежную со стороны Александровского сада не пускал мент, сочувственно предупреждал о неизвестном бесхозном предмете, предлагал не ходить, «если вам жизнь дорога». На вопрос, отчего же вы всех немедля не эвакуируете, и где же сапёры, пожимал плечами. Прошли через ТЦ. Намёрзлись вдоволь. Вязать продолжали в том же режиме – за плакаты масштаба А4 с надписью «Нет войне» и всякое такое.
Встретила многих-многих знакомых. Узок их круг.
Станцевала «Рио-Риту» (через месяц и не больше кончился война, ах-ха).
Какие-то ребята раздавали стаканчики с горячим кофе и шоколадом из ближайшего кафе – очень вовремя.
Женщина держала на руках ребёнка лет 3 и говорила ему: «Яша, это исторический момент».
Дворовая собачка лаяла на космонавтов.
Недалеко от Иверской часовни ходил человек с рекламой выставки «Самураи».
Совсем околели и почти под самый конец ушли в ТЦ. Съела борща в знак солидарности. Обратила внимание, что количество посетителей фудкорта – даже не целиком, а где-то, пожалуй, на 2/3 – примерно равно количеству пришедших на площадь на пике (фудкорт немаленький, шо да, то да, но но).
Тоска.



Крупнее. )
zayz: (zayz)
Я же Шлёме из Швеции подарок привезла!



Как увидела слово, которое слева, сразу поняла – он! И таки не ошиблась, хотя слово-то как раз переводится как «очень вкусно». А вот то, которое справа внизу, таки да – так, как все подумали, «заячьи какашки». Относительно вкуса… ну, что сказать? УЖАСНАЯ СРАНЬ!!! Лакрица с солью, невыносимо. В общем, подарок попал в точку, все счастливы, угостили всех, кто не спрятался. Некоторых из тех, кто спрятался, нашли и тоже угостили.
zayz: (Le page)
Шарилась в своём Фейсбучике, нашла вот такую картинку из Мюнхена. Как раз по сезону, делюсь.

Примерный – по причине лени – перевод такой: «Каждая зверушка ест свою еду, каждый цветочек пьёт себе, спасибо Боженьке, что и нас не забывает. Аминь».

zayz: (What the Fish?!)
Русское народное блюдо лук с фильтрами.
А вот и паскудное влияние новой причёски: хочется новые серьги! Не то чтобы раньше не хотелось, но останавливало то, что в волосах их всё равно не видно. А теперь – видно! Ааа.

zayz: (zayz)
Завели новых питомцев. Справа Кондратий Бестужев-Рюмин, чувствует себя декабристом. Слева – Франциск Марксистский, аскет.

Profile

zayz: (Default)
zayz

November 2016

S M T W T F S
   12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 20th, 2017 12:57 pm
Powered by Dreamwidth Studios